Мама, ты не хочешь меня о чем-то спросить?

София Назарова входит в совет томского регионального отделения Российской ЛГБТ-сети, руководит Центром для женщин ЛГБТИ-сообщества и феминисток «Сапфо», томским филиалом Федерации ЛГБТ-спорта России. Какие основные проблемы у представителей сообщества в стране и в Томске? Часто ли приходится сталкиваться с дискриминацией? Как реагируют родственники и друзья на каминг-ауты?

Ходила за ней по пятам
— Понимание, что я лесбиянка, пришло в 14 лет, — рассказала София. — Потом, вспоминая детство, я осознала, что была такой всегда. Думаю, что это врожденное. Моя единственная влюбленность в мальчика была в девять. У нас дружили семьи, и все шутили про жениха и невесту, но мне нравились воспитательницы и меня всегда тянуло к девушкам. В 14 лет я влюбилась в учительницу и стала со временем понимать, что это не просто фанатизм.

В школе София была изгоем: ни с кем не общалась в классе, одевалась «не так, как все». Влюбленность в учительницу чуть не закончилось для нее суицидом.

— Учительница была очень красивая, — вспоминает София. — Я за ней долго бегала. Если я чего-то раньше хотела, меня замыкало, пока не добьюсь своего. К цели шла напролом, ходила за ней по пятам. В итоге она вообще стала меня игнорировать. Был момент, когда она прошла мимо и не поздоровалась. Меня это сильно расстроило, и я попыталась отравиться таблетками прямо в школе.

О том, что София лесбиянка, первым в семье узнал брат. Она тогда училась на первом курсе в университете.

— У большинства представителей ЛГБТ-сообщества это происходило случайно, — рассказала она. — Кто-то что-то видел и догадывался. Я намеренно решила со всеми поговорить, потому что открытый человек. Я больше уязвима, если люди не знают обо мне: меня можно шантажировать, наговорить про меня, а так мне будет все равно. Поступила в университет и стала встречаться с девушкой. Говорила родителям, что это парень. Месяца через три рассказала все брату. Он удивился, что я раньше ему не говорила об этом. Воспринял все хорошо. Потом через какое-то время я сказала маме. На тот момент у меня уже была вторая девушка. Я сказала, что влюбилась в человека и ее зовут Света. Я все прочитала про каминг-ауты и думала, что она станет задавать много вопросов. Готова была к любой реакции, но мама впала в ступор, сидела, смотрела на холодильник и ничего не говорила. Я сказала: «Мам, ты не хочешь у меня что-то спросить?». Она плакала и говорила, что виновата в этом. У нее есть черта всегда винить себя! Я ей все объяснила. Сейчас у нас отличные отношения. Но она до сих пор верит, что я выйду замуж. Я не из тех людей, которые утверждают, что являются лесбиянками навеки. Знаю, что некоторые осознают, что они гетеро-, гомо- или бисексуалы и в 40 лет.

Бабушке София все рассказала в 19 лет. Тогда начались ее самые серьезные отношения, которые длились два с половиной года.

— Мы с братом жили в одной комнате, — рассказывает она. — У нас было две кровати. Я со Светой стелила на полу. Это было очень странно. Бабушка что-то могла подумать. Я уже тогда не скрывала ничего в социальных сетях. Родители это видели, а бабушка нет. У меня много литературы было складировано, но я не могла ей вживую сказать. Написала письмо. Вставила его в книжку про ЛГБТ, пошла гулять с девушкой и отдала книжку бабушке. Вечером она никак не отреагировала, сделала вид, что не прочитала. Утром подошла ко мне за завтраком, и мы поговорили. Она восприняла это нормально, лучше родителей. Спрашивала: как же дети, как же то, другое. Я все рассказала, и больше мы эту тему не поднимали. Бабушка нормально воспринимает всех моих девушек. Мы часто все вместе сидим за столом на празднике.

Отцу София написала об этом во «ВКонтакте». Ей всегда казалось, что он самый жесткий человек в семье.

— Он сказал, что ему вообще без разницы, — рассказывает София. — Но если я хочу серьезных отношений, то, мол, нужно уезжать в другую страну. Я не согласна, что надо скрываться. Отношения — важная часть человека. Большинство разговоров люди посвящают отношениям.

Читать материал полностью